Из воспоминаний маршала К. С. Москаленко

Хотя заседание длилось недолго, нам казалось, наоборот, очень долго. За это время каждый из нас пережил, передумал многое. В приемной все время находилось человек 15—17 людей в штатской и военной одежде. Это порученцы и лица, охраняющие и прикрепленные. А больше всего это люди от Берии. Никто, конечно, не знал и не предугадывал, что сейчас произойдет, все беседовали на разные темы. Примерно через час, то есть в 13.00, 26 июня 1953 г. последовал условленный сигнал, и мы — пять человек вооруженных, шестой т. Жуков — быстро вошли в кабинет, где шло заседание. Тов. Маленков объявил: «Именем советского закона арестовать Берию». Все обнажили оружие, я направил его прямо на Берию и приказал ему поднять руки вверх. В это время Жуков обыскал Берию, после чего мы увели его в комнату отдыха Председателя Совета Министров, а все члены Президиума и кандидаты в члены остались проводить заседание, там же остался и Жуков. Все это произошло так неожиданно для Берии, что он полностью растерялся. При аресте в его портфеле был лист бумаги, весь исписанный красным карандашом — «Тревога, тревога, тревога», и там много раз повторяется это слово на листе бумаги... По истечении шести месяцев следствие было закончено и состоялся суд, о чем известно нашим гражданам из печати. 23 декабря 1953 г. Берия был осужден и расстрелян, а труп сожжен.