§ 14. Развитие ремесла в Иране в VI—VII вв.

Памятники материальной культуры сасанидского Ирана дают •образцы высокого мастерства этого времени, но не много данных, которые позволили бы сделать выводы относительно организации ремесленников и их труда. Однако следует указать на некоторые факты, которым не было до настоящего времени уделено внимания. Сведения о материальной культуре сасанидского Ирана за последние два десятилетия 'решительно вышли за пределы возможности упоминать о них мимоходом или даже уделять им небольшую главу в исследовании, основной темой которого они не являются. Памятникам архитектуры этого времени посвящены солидные археологические разыскания, скульптуре — большие специальные работы. Превосходные образцы сасанидского сфебра и нумизматики являются гордостью Государственного Эрмитажа. Одни только гроты Так-и Бостана, высеченные в скалах, представляют собою материал для исследования как особый, грандиозный вид искусства. Богатство материальной культуры сасанидской Персии необозримо. Роскошь царского двора и знати была сказочной, сохранились чудесные кувшины, вазы, кубки, чаши, светильники, подносы, лампады.

Среди чудес империи Сасанидов называют трон и короны шахан-шахов, богатство которых ослепляло. В числе величайших сокровищ, которыми обладал Хосров Парвез, был ковер, изображавший весну с таким совершенством, что разостланный в приемном зале царя зимой он создавал иллюзию расцвета природы.

Все эти памятники свидетельствуют о высоком уровне материальной культуры, создававшейся многочисленными, достигшими большого мастерства кадрами ремесленников.

Города сасанидского Ирана были центрами торговли и ремесла. Сердцем каждого из них был рынок, куда по дорогам-артериям свозились различные изделия и товары. Из источников известно о торговых связях, которые тянулись через Среднюю Азию на Дальний Восток,

71

в Индию и на остров Цейлон (Тапробан), в Южную Аравию и Нубию, Города Ирана являлись оживленными центрами торговли; их городские ворота были открыты для караванов, везущих шелк из Средней Азии, слоновую кость из Индии, шерсть из скотоводческих горных районов, зерно, овощи, фрукты, виноград, финики, оливковое масло я вино — из земледельческих областей. На городских площадях и рынках было-всегда оживленно, толкалось множество народа; здесь продавали, покупали, узнавали последние новости, глазели на все неожиданное. С трепетом собирались на сенной рынок в Ктесифоне, где происходили публичные казни.

Высокое развитие ремесла и оживленные торговые связи имели спору в некоторой организации, с чем имеются свидетельства. От не-сторианских соборов, которые» неоднократно собирались в V и в VI вв. в Иране с разрешения шаха, сохранились «деяния», или акты. Постановления этих соборов, составленные на сирийском языке, скреплены подписями не только клириков — католикоса, епископов, архидиаконов, но и подписями ряда светских лиц. Эти лица представляли собою наиболее выдающихся по положению мирян, принадлежавших к несторианской христианской церкви. Здесь имеются подписи лиц, представлявших группы ремесленников, организованных в корпорации, или цехи. Существование такого рода корпораций находит подтверждение и в других источниках.

«Начальник ремесленников», или «глава работ», Вардаяб подписался под де/яниями собора 544 г., созванном при несторианском патриархе мар Абе I. Звание это, приведенное в сирийской транскрипции, — персидское каругбед.

Но звание это не определяет, старшиной каких именно работ являлся Вардаяб или какие ремесленники им представлены; речь идет, очевидно, о лице, возглавлявшем людей, занятых вообще физическим трудом. Но акты соборов сохранили нам и другие звания, которые позволяют делать выводы относительно организации отдельных отраслей производства. Носят они обычно сирийское наименование каша (староста, или старейшина) и риша (глава). Известно, на какой исключительной высоте в Иране находилось изготовление всякого-рода металлических изделий; поэтому неудивительно, что встречается старшина серебряников, глава ювелиров, глава занятых работой над свинцом и другими металлами. Подписи этих лиц под деяниями соборов-указывают на то, что представители корпораций были видными, богатыми и пользовавшимися влиянием в своем городе и государстве людьми.

В арабское время в Иране, как и в бывших византийских городах,, люди одной профессии селились обычно в определенном квартале. Нет сомнения, что города Ир.ана эпохи халифата и в этом случае мало отступали от того устройства городов, которое было во времена Сасанидов.

Располагая очень немногими данными, в настоящее вре!)мя нельзя выявить внутренней структуры и жизни корпораций, среди которых был и цех торговцев. Под актами одного из христианских соборов VI в. встречаются имена торговца и старшины торговцев. «Старейший», «старый», «старшина» как звания встречаются в актах соборов и в числе приведенных там имен старших ремесленников. Старшины и глава ремесленников и торговцев объединялись не только для церковных дел;, они были представителями цехов, вступая в непосредственные отношения с иранскими властями. Из других. источников известно, что были селения, в которых специально занимались какой-нибудь отраслью ремесла. Так, в селении «Паллугта, там, где разделяются воды Евфрата для орошения земель», жили ткачи, ковроделы, прачки и, вероятно, красильщики.

72

Необходимо помнить и о той роли, которую в торговле и экономике Ирана «грали приобретение и перевоз шелка, преимущественно из Средней Азии, а также торговля с Индией и Нубией.

Ко времени Хосрова относится одно важное мероприятие правительства — постройка плотины на Тигре. Один из рукавов Тигра у Басры носил название одноглазого или слепого. Здесь и была выстроена плотина, которая, по-видимому, имела целью расширить орошаемую площадь и увеличить количество воды в оросительных каналах. «Одноглазый» Тигр был как бы заперт этой плотиной. Работы велись с большой затратой средств. Табари, ссылаясь не авторитеты, говорит, что было-выдано бесчисленное количество денег. Сооружение это оказалось, однако, непрочным, и река прорвала свою преграду. По совету придворных ученых, числом якобы в 360 человек, среди которых были ведуны и звездочеты, работы на Тигре были возобновлены в благоприятный, соотвегг-ственно с положением светил на небе, момент. Строительные работы продолжались восемь месяцев и стоили больших расходов. Затем произошло торжественное открытие дамбы.

СуДЯ ПО ТОМУ, ЧТО ЭТО СТрОИТеЛЬСТВС СТОИЛО бОЛЬШИХ СреДСТВ, МОЖНО'

предполагать, что оно производилось не только рабским трудом, но и трудом свободных людей, который было необходимо оплачивать. Такое большое предприятие вообще требовало участия квалифицированных мастеров и инженеров. Сомневаться в наличии такого рода специалистов в Иране не приходится.